«Мой детский альбом». Алексей Алипов: «Однажды меня исключили из пионеров, на целую неделю»

Он мог бы стать известным химиком или инженером-конструктором, однако ещё в детстве сделал выбор в пользу стендовой стрельбы. Ему хорошо знакома процедура запуска майских жуков во время школьных уроков и техника скоростного бега от разъярённого сантехника. О своих детских годах  в рамках тематической рубрики Службы информации ОКР рассказал чемпион Олимпийских игр в Афинах (2004), бронзовый призёр Игр в Пекине (2008) Алексей Алипов.

«Покладистый парень – это не про меня»

Чёткие воспоминания и иллюстрации сохранились в моей памяти с трёхлетнего возраста. Помню падение с кровати в детском саду во время тихого часа и наказания воспитателей; долгие ожидания родителей перед тем, как тебя заберут вечером домой. Часто получалось так, что ввиду сильной занятости мамы с папой меня к себе домой брали воспитатели, и родители после работы приезжали уже к ним.

В мои базовые настройки на генетическом уровне с детства были заложены целеустремлённость, принципиальность и коммуникабельность. Если я ставлю перед собой цель, то делаю всё возможное, чтобы её добиться. Если мне что-то неинтересно, я сразу даю об этом понять.

Я рос активным ребёнком, никогда не был изгоем или инициатором конфликтов со сверстниками. Я не был обделён вниманием друзей, с которыми мы проводили во дворе всё свободное время. При этом нельзя сказать, чтобы я был покладистым парнем – это точно не Алексей Алипов!

 

Когда мне было 5 лет, мы поехали с родителями на Азовское море. Там я познакомился с девчонкой из местных, и мы вместе с ней сожгли пляжную раздевалку и вынесли все дыни с соседского огорода. Сложно сказать, что нами двигало в тот момент. В случае с раздевалкой, видимо,  просто хотелось развести костёр внутри огороженного четырьмя стенами пространства под открытым небом. А в ситуации с дынями – я просто пошёл с девочкой «на её огород», - именно так она назвала место, принадлежавшее, по её словам, «ей и её бабушке». Вот так детский азарт и шалость порой могут привести к самым непредсказуемым последствиям! 

Я в меру озорничал и принимал заслуженные наказания. Родители в такие моменты старались выносить справедливый вердикт. Помню, как однажды отец «отходил меня ремнём», видимо, я действительно как-то сильно напроказничал. Это был единственный раз, когда я испытал на себе горечь подобного наказания. В большинстве случаев я довольствовался словесными наставлениями и лёгкой руганью. После этого старался делать правильные выводы. В силу детских мыслей были лёгкие обиды на маму с папой, но чаще всего я прислушивался и старался не повторять озорных поступков.

В большей степени меня воспитывала мама, я чаще проводил время с ней и её родителями. Отец часто был занят на сборах и соревнованиях, - я ведь потомственный стрелок во втором поколении. После введения возрастного ценза в стрельбе, произошедшего в начале 80-х годов, спортсменам, желавшим остаться в национальной сборной СССР, необходимо было постоянно подтверждать высокие результаты. Поэтому со временем отец был вынужден несколько поменять образ жизни. Он достаточно рано завершил свою спортивную карьеру, в 34 года. В нашем виде спорта в этом возрасте начинается самый расцвет, но тогда это не учитывалось.

«Пистоны хлопали очень громко -  визг стоял на весь класс»

Чётко помню свою первую учительницу, Людмилу Петровну Николаеву. В школе я был не самым усидчивым ребёнком, хотя мне очень нравилась химия. Я погружался в предмет с головой и интересовался проведением различных опытов, наблюдая за многообразием химических процессов. Поэтому могу сказать, что у меня больше технический склад ума, нежели гуманитарный. И ещё избирательное мышление, потому что я всегда старался не распыляться и концентрировался на чём-то конкретном.

Были и двойки за поведение, иногда хулиганил – куда мальчишкам без этого! Я плевался из трубочки, запускал на уроках майских жуков и любил стрелять пистонами из барабанного пистолета, пугая девчонок. Хлопки получались очень громкими -  визг стоял на весь класс. А вот уроки я старался не прогуливать.   

В моём детстве образование было бесплатным и равнодоступным для всех. Сейчас многое поменялось, и это видно по самим детям. Я понимал, что надо учиться хорошо, а не быть недотёпой, неумехой и прогульщиком. Однако глобальной цели непременно быть отличником я никогда не преследовал.  

Отцы и дети

В советское время у большинства людей было ярко выражено чувство патриотизма и любви к стране. Для меня примером всегда являлся отец. Я знал, что он был известным спортсменом, и мне хотелось ему  подражать.

У меня перед глазами были завоёванные им медали, и я стремился к тому, чтобы родители мною гордились. Наверное, именно поэтому на раннем этапе развития я нарисовал себе этакую «дорожку, ведущую к достижению спортивной цели». Стремился как можно скорее взять оружие в руки и, как минимум, достичь тех же высот, которые покорились отцу, а максимум – стать олимпийским чемпионом. Так что, можно сказать, я отчасти осуществил его мечту, - завоевал «золото» Олимпийских игр.    

Впервые я прикоснулся к оружию в 10 лет. Отец иногда брал меня с собой на охоту, и мне, конечно, хотелось быть таким же метким стрелком, как он. Основательно заниматься стрельбой я начал в 12. Вдохновило меня объявление по радио: сидя на табуретке, за завтраком, я узнал, что Дмитрий Монаков выиграл золотую медаль Олимпийских игр в Сеуле по стендовой стрельбе. «Круто!», - сказал я себе, и мне захотелось как можно скорее войти в число тех людей, которые меткими выстрелами куют олимпийские победы своей страны. И мне очень повезло, что в моём детстве было много советских стрелков, у которых я мог перенять неоценимый опыт. К их числу, помимо Монакова, относились Александр Лавриненко, Александр Асанов и серебряный призёр Олимпийских игр в Москве Рустам Имбулатов. У меня дома, кажется,  даже сохранилось заявление с просьбой зачислить меня в стрелковую группу Дворца творчества молодёжи. Заявление подкреплено корявой подписью 12-летнего подростка (смеётся).

«Он на нас – мы врассыпную»

Однажды меня исключили из пионеров, на целую неделю. Зимой, в последние дни перед каникулами, я взял у отца охотничьи спички. Мы с друзьями решили посмотреть, как они горят.

На улице у нас почему-то реализовать намеченные планы не получилось, поэтому мы решили зажечь спички в подъезде. В тот момент из лифта выходил сантехник, который подумал, что мы жжём газеты. Естественно, ничего подобного у нас и в мыслях не было. Он на нас – мы врассыпную. Одного ему, всё-таки, удалось поймать, но это был не я. На следующий день эта ситуация стала достоянием всей школьной параллели. На линейке по этому поводу собрали три четвёртых класса, около 90 человек. Более постыдную ситуацию мне в тот момент тяжело было представить.

Меня, Серёгу Завадского и Дениса Медведева вызвали в центр линейки и прилюдно обвинили. Это было очень обидно, потому что мы не имели никаких плохих мыслей. Мы старались объяснить ситуацию, но вердикт был неизменен – исключить из пионеров! С нас сняли галстуки, но через неделю, к счастью, всё-таки приняли обратно. Урок мы усвоили.

Школа жизни

В детстве у меня было два хобби – я очень любил собирать грибы и ходить на рыбалку. Чаще всего мы рыбачили с дедушкой, и в те моменты было невероятно легко и спокойно. Кстати, рыбалку с охотой я люблю и по сей день.

Мой дедушка по линии отца прошёл Великую Отечественную войну и вышел в отставку в звании полковника. Он был военным инженером, участвовал в обороне Москвы и восстанавливал технические узлы. Дедушка по линии мамы служил в МВД в уголовном розыске. Был награждён Орденом Красной Звезды за поимку диверсанта. После войны он снимался в фильме «Берегись автомобиля», был дублёром Георгия Жжёнова. Все гонки на мотоцикле, которые присутствуют  в картине, проходили с его непосредственным участием.

Я часто ездил в пионерские лагеря, каждое лето родители обязательно отправляли меня хотя бы на одну смену. Первая неделя - обычно скука смертная, а потом привыкаешь. Мы ездили на море, несколько раз я был в «Орлёнке» и пионерлагере «Костры». Там периодически случались мелкие стычки со старшими ребятами. После одной из драк я даже попал в лазарет с сотрясением мозга. Меня толкнули, и я ударился головой. Вообще, я не очень любил, когда родители отправляли меня куда бы то ни было (смеётся).

Зато я любил играть в настольный теннис. Был случай, когда я несколько раз подряд обыграл парня из старшего отряда. Он никак не мог победить и со злости запустил в меня ракеткой. Боль была адской, - попадание пришлось ниже пояса. Перетерпев, в долгу я не остался.

Однажды в детстве я играл с маленькими железными шариками и случайно засунул один из них себе в нос. Мама сначала очень перепугалась, потому что было непонятно, как его оттуда вытащить. Тогда отец, недолго думая, взял меня за ноги, поднял головой вниз и пару раз «тряханул» – шарик сразу выпал из носа. После того случая мама какое-то время не оставляла меня наедине с мелкими предметами (смеётся).

Ещё я собирал пустые бутылки и прекрасно знал, что каждая из них стоит 20 копеек. Мне хотелось насобирать столько, чтобы вырученных денег хватило на подарок родителям или какой-нибудь сувенир себе на память. Для меня это было серьёзным стимулом. Можно сказать, что я рос среди детей улицы, и эту дворовую школу жизни лучше пройти в определённом возрасте, чем вовсе не быть с нею знакомым.

Дворовый хоккей

Сегодня я живу в том же районе и не вижу, чтобы на школьном дворе заливались хоккейные коробки. Раньше каждую зиму мы сами собирали борта, устанавливали гидрант (специальное приспособление, через которое обеспечивался выход воды наружу) и заливали лёд. На всех школьных дворах тогда были оборудованы колодцы с выходом трубы для подачи воды. Гидрант вставлялся «железом в железо», поворачивался, к нему пристыковывались рукава, и уже после этого заливалась коробка.

Мы с нетерпением ждали скорейшего наступления зимы, чтобы поиграть в хоккей. Таким было наше детство. Мы играли и шайбой, и мячом. Иногда даже не на коньках, а в валенках. К слову, я не был в числе лучших хоккеистов района. Игра у меня не очень получалась, но быть вовлечённым в этот процесс всегда очень хотелось. Да, не Дацюк и не Овечкин, но зато все мальчишки, игравшие в хоккей на дворовой коробке, получали массу удовольствия. Сейчас я катаюсь неплохо, но по-прежнему на льду ощущаю себя какой-то прилетевшей на замёрзшее озеро непонятно откуда уткой, а не рыбой в воде.

Помню, как родители в 12 лет подарили мне на Новый год коньки «Сальво» - все пацаны во дворе мне тогда завидовали! Это был 1987-й год. Потом отец где-то достал мне хоккейную форму, а по тем временам сделать это было очень сложно.

Ещё у меня была клюшка «Союз» с подписью Валерия Харламова. Отец знал выдающегося советского спортсмена, который и подарил ему хоккейное орудие труда, которое я берёг как зеницу ока. Этой клюшкой я играл очень долго.   

Белый свет из-под воды и 7 флаконов перекиси водорода

Как-то раз я чуть не утонул. Мне было, кажется около четырёх лет. Было такое стрельбище, «Локомотив», которое располагалось на Горьковском шоссе. Мы приехали туда с родителями после тренировки отца. Дело было летом. На территории находился водоём, и мы пошли купаться. Папа сел играть в карты с друзьями, а мама в этот момент плавала. Я какое-то время наблюдал за карточной игрой, но потом мне стало скучно. Рядом с невысокого мостика в воду прыгали старшие мальчишки. Я подумал, что прыгать с моста рыбкой гораздо веселее, чем просто сидеть рядом с отцом.

Глубина была около трёх метров. Я разбежался и по примеру ребят «сиганул» с мостика. Следующим ярким воспоминанием стал белый свет, который я видел из-под воды, уходя на дно. Меня взяла оторопь, - мама с отцом были далеко от того места, где я нырнул. По счастью, в следующую секунду меня схватила рука и вытащила на поверхность воды – это был один из тех ребят, которые ныряли с моста передо мной. Тогда, конечно, все очень сильно испугались, воды я наглотался на целую жизнь вперёд. Вот так, благодаря неизвестному парню, я остался жив.

Был ещё один тревожный случай. Как-то раз мы с ребятами играли в «Триста», - это разновидность дворового футбола, где при попадании мячом в штангу или перекладину разыгрывалось определённое количество очков. Проигравшие становились к забору, а победители старались попасть мячом в их «пятую точку». В одной из игр произошёл какой-то конфуз, группа парней, в том числе и я, сцепились в жарком споре. Меня толкнули, и я ударился головой о бетонный забор – в затылочной части случилось серьёзное рассечение.

Как сейчас помню, - это было воскресенье, 28 августа. В выходной день родителей дома не было. Я побежал в поликлинику, но и там было закрыто. Я истекал кровью. И вдруг вижу девчонку, с сестрой которой учился в одном классе. Сначала она думала, что я измазался красной краской – белая футболка вся была залита кровью. Когда она поняла, в чём дело, быстро потащила меня к себе домой. В ванной она вылила мне на голову 7 флаконов перекиси водорода. Свесившись верхней частью корпуса над ванной, я с интересом наблюдал за пенными шлепками красных капель. Почему-то тогда это казалось мне прикольным. Потом меня отвезли в травмпункт и наложили на рану швы. А рубашку девчонка прокипятила и отдала моей маме. Только потом я понял, какая она молодец – не растерялась и оказала мне необходимую помощь.

«Когда просто не стало страны»

С особой остротой я вспоминаю периода распада Советского Союза, когда в конце 1991 года встал вопрос о том, чем мне заниматься. Стрельба как вид спорта тогда просто умерла. Мне было 16, и к тому времени я выиграл последний чемпионат СССР среди молодёжи. В тот момент моя спортивная карьера прервалась на долгие 3 года. Предстояло окончание школы, и я понятия не имел, где себя реализовать.

Это было очень странно: ты рисуешь для себя картины, используя самые яркие цвета палитры, а рисунок не получается даже простым карандашом, потому что просто не стало страны. Ну что, думаю: пусть всё идёт своим чередом. Заканчиваю школу и поступаю в институт физкультуры. На тот момент у меня уже был значок и удостоверение мастера спорта. Так что, кроме института и армии, мне ничего больше не светило. В 1994 году ситуация стала хоть как-то нормализовываться, и я вернулся к занятиям стендовой стрельбой.     

В течение этого периода длиной в три самых долгих года в моей жизни года были и улица с шатаниями, и «фарцовка» на Арбате, но родители меня, по счастью, от этих вещей оградили. «Если нужны деньги – ты лучше спроси, только сам никуда не лезь», - говорили мама с отцом. Как же они были правы!

Белая «девятка» из гаража дяди Васи

Какое-то время я подрабатывал в автосервисе на ремонте машин. Однажды я предложил хозяину автосервиса: «Дядя Вася, у тебя столько пустых бутылок в гараже! Давай я все их соберу и сдам, а деньги от выручки поделим пополам?!». Дядя Вася на предложение согласился. Помню, тогда я собрал ящиков шесть и вместе с Рустамом, который тоже подрабатывал в гараже, приготовился везти сдавать тару. А дяде Васе за несколько дней до этого пригнали на покраску новую «девятку» белого цвета, с небольшой вмятиной на двери. 1991-й год, ВАЗ-2109…это же в то время было нечто!

Пробег у машины был 1000 километров. Мы не стушевались и спросили у дяди Васи разрешения отвезти собранные бутылки на «белом железном коне» производства отечественного автопрома. Приехали, благополучно сдали 6 ящиков с бутылками и получили на руки солидную по тем временам сумму – за каждую бутылку давали по 20 копеек. Поехали обратно, а расстояние от места сдачи бутылок до гаражей – километра полтора, от силы. Выехали на прямую дорогу по улице Головачёва и уже готовы были повернуть в гаражи. Вдруг Рустам говорит: «А давай прокатимся?», - я согласился. И вот он разгоняется километров до ста, и дорога делает небольшой поворот направо (я каждое утро это месту проезжаю, вожу детей в школу и детский сад). Не знаю, что произошло с Рустамом в тот момент, но в одно мгновение он догоняет автобус,  тормозит, нас разворачивает поперёк дороги и наш ВАЗ-2109 глохнет. А на нас из-за поворота летит 131-й ЗИЛ. Он шёл прямо в меня. Я только успел повернуть голову, зажмурить глаза и подумать: «Ё-моё!».

Когда я очнулся, сразу увидел, что у нашей машины нет крыши. Пассажирская дверь не открывалась, а Рустам ударился лицом об руль. Главное, что мы оба были живы-здоровы и чудом избежали каких-либо переломов. У нас с Рустамом только немного посекло лицо, и я ощущал дискомфорт в области левой части спины – неприятно уткнулся в держатель для ремня безопасности. Бог отвёл.

Рустам остался около машины, а я отправился пешком сообщать о случившемся дяде Васе. Наш с ним диалог литературным языком передать невозможно (смеётся). Он тогда, конечно, с этой машиной попал в сложную ситуацию.

Когда я пришёл домой, мама не сразу поняла, что случилось. Потом, конечно, перепугалась, позвонила в скорую помощь и дала мне понюхать нашатыря. Врачам зашивать ничего не пришлось – обошлись лейкопластырями. В общем, всё хорошо, что хорошо кончается!          

«Давайте детям возможность раскрыться»

В детстве у меня было сразу несколько заветных желаний. Для начала, я хотел добиться серьёзных достижений в спорте и как можно скорее одержать победу на крупных международных соревнованиях. В чуть более позднем возрасте я мечтал найти свою вторую половину и создать крепкую семью. Рад, что задуманное воплотилось в жизнь и стало реальностью.

Если бы не стрельба, думаю, я мог бы реализовать себя в какой-нибудь технической профессии, например, работать инженером-конструктором. Мне очень нравится строительство. А вообще, помимо стрельбы, я очень люблю хоккей – сильная, мужская игра. Всегда очень переживаю за нашу сборную! Ещё с интересом смотрю плавание, триатлон и современное пятиборье – виды спорта, где по-настоящему закаляется характер. Кстати, в детстве я начинал заниматься плаванием и водным поло. Увлечение водными видами спорта продлилось около четырёх лет – с восьми до двенадцати.

В данный период времени моя главная спортивная цель – второе «золото» Олимпийских игр. На самом деле, я и в Лондоне был готов достаточно хорошо, но, к большому сожалению, не смог реализовать себя из-за определённых ошибок, допущенных в ходе соревнований. Постараюсь не повторить их на Играх в Рио.

У нас очень сложный технический вид спорта, в котором иногда должно немного повезти. Когда ты бежишь или плывёшь – это одно, а здесь ты должен попадать в цель из раза в раз – это немного другое. Этому не научишься с самого детства.

Считаю, что для счастья ребёнку обязательно нужна крепкая семья. Чтобы родители были близкими надёжными друзьями, всегда готовыми поддержать, вселить в своё чадо уверенность и не рубить на корню энтузиазм и интерес своих детей к новым жизненным открытиям. Иногда родители хотят, чтобы дети повторяли их жизненный путь – я считаю, что порой это неправильно. Ребёнок сам должен определить свои способности и тягу к той деятельности, которой он хочет заниматься. Давайте детям возможность раскрыться – и тогда они будут чувствовать себя самыми счастливыми людьми на свете!

Служба информации ОКР благодарит Алексея Алипова за любезно предоставленные фотографии из личного архива. 

Юрий Царицин, Наталья Пахаленко (фото), Служба информации ОКР

6 июня  2016